Много ль, мало ль грехов у меня за спиной, Всё ж пугать меня адом не надо: Для того, кто общался с моею женой Больше часа, и ныне ещё живой - Чепуха все мучения ада! Эдуард Асадов
Жил на свете анархист, Красил бороду и щёки, Ездил к немке в Териоки И при этом был садист.
Вдоль затылка жались складки На багровой полосе. Ел за двух, носил перчатки - Словом, делал то, что все. Саша Чёрный
Отговорила роща золотая Берёзовым, весёлым языком, И журавли, печально пролетая, Уж не жалеют больше ни о ком.
Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник - Пройдёт, зайдёт и вновь покинет дом. О всех ушедших грезит конопляник С широким месяцем над голубым прудом.
Стою один среди равнины голой, А журавлей относит ветром в даль, Я полон дум о юности весёлой, Но ничего в мне не жаль.
Не жаль мне лет, растраченных напрасно, Не жаль души сиреневую цветь. В саду горит костер рябины красной, Но никого не может он согреть.
Не обгорят рябиновые кисти, От желтизны не пропадет трава, Как дерево роняет тихо листья, Так я роняю грустные слова.
И если время, ветром разметая, Сгребёт их все в один ненужный ком... Скажите так... что роща золотая Отговорила милым языком. Сергей Есенин
Всё ж пугать меня адом не надо:
Для того, кто общался с моею женой
Больше часа, и ныне ещё живой -
Чепуха все мучения ада!
Эдуард Асадов
Жил на свете анархист,
Красил бороду и щёки,
Ездил к немке в Териоки
И при этом был садист.
Вдоль затылка жались складки
На багровой полосе.
Ел за двух, носил перчатки -
Словом, делал то, что все.
Саша Чёрный
Отговорила роща золотая
Берёзовым, весёлым языком,
И журавли, печально пролетая,
Уж не жалеют больше ни о ком.
Кого жалеть? Ведь каждый в мире странник -
Пройдёт, зайдёт и вновь покинет дом.
О всех ушедших грезит конопляник
С широким месяцем над голубым прудом.
Стою один среди равнины голой,
А журавлей относит ветром в даль,
Я полон дум о юности весёлой,
Но ничего в мне не жаль.
Не жаль мне лет, растраченных напрасно,
Не жаль души сиреневую цветь.
В саду горит костер рябины красной,
Но никого не может он согреть.
Не обгорят рябиновые кисти,
От желтизны не пропадет трава,
Как дерево роняет тихо листья,
Так я роняю грустные слова.
И если время, ветром разметая,
Сгребёт их все в один ненужный ком...
Скажите так... что роща золотая
Отговорила милым языком.
Сергей Есенин