Манилов приятно улыбается, но его глаза залиты слащавостью. В них нет мыслей или идей. Персонаж напоминает нежащегося на солнце кота. Рядом стоит стол, на котором красивыми рядками расставлены горки золы, выбиваемой из трубки. Помещик пытается приманить зрителя, притянуть своей мечтательностью, обмануть. Нет живого вокруг мужчины, везде признаки бесхозяйственности. Прекрасная мебель стоит рядом с креслами, покрытыми рогожей. «Щегольской подсвечник» из бронзы рядом с «медным инвалидом». На заднем плане спит кто-то из дворни. Вверху витают образы мечтаний: каменный мост, подземный ход.
Манилов приятно улыбается, но его глаза залиты слащавостью. В них нет мыслей или идей. Персонаж напоминает нежащегося на солнце кота. Рядом стоит стол, на котором красивыми рядками расставлены горки золы, выбиваемой из трубки. Помещик пытается приманить зрителя, притянуть своей мечтательностью, обмануть. Нет живого вокруг мужчины, везде признаки бесхозяйственности. Прекрасная мебель стоит рядом с креслами, покрытыми рогожей. «Щегольской подсвечник» из бронзы рядом с «медным инвалидом». На заднем плане спит кто-то из дворни. Вверху витают образы мечтаний: каменный мост, подземный ход.