Петр Владиславович, так звали отца Вареньки, делал все, что приходилось, «по закону». В танце с дочерью Варенькой, он строго соблюдал все правила этикета. Так же вел он себя и на плацу: строго контролировал процедуры экзекуции.
Полковник вел себя на балу так, что вызывал у многих восхищение. Поначалу он отказывался танцевать с Варенькой, говорил, что забыл, как танцевать. Потом все же откинул левую руку в сторону, вынул шпагу и отдал молодому мужчине. Затем натянул перчатку на правую руку, взял Варенькину руку и застыл, выжидая такт. Четко следуя музыке, он начал движение, вызвав восхищение присутствующих в зале зрителей, ловко пройдя два танцевальных круга мазурки, он понравился всем присутствующим.
Улыбки гостей, музыка, веселые голоса, все это создавало у рассказчика хорошее впечатление об отце девушки, понравившейся ему, поднимало настроение.
Петр Владиславович, так звали отца Вареньки, делал все, что приходилось, «по закону». В танце с дочерью Варенькой, он строго соблюдал все правила этикета. Так же вел он себя и на плацу: строго контролировал процедуры экзекуции.
Полковник вел себя на балу так, что вызывал у многих восхищение. Поначалу он отказывался танцевать с Варенькой, говорил, что забыл, как танцевать. Потом все же откинул левую руку в сторону, вынул шпагу и отдал молодому мужчине. Затем натянул перчатку на правую руку, взял Варенькину руку и застыл, выжидая такт. Четко следуя музыке, он начал движение, вызвав восхищение присутствующих в зале зрителей, ловко пройдя два танцевальных круга мазурки, он понравился всем присутствующим.
Улыбки гостей, музыка, веселые голоса, все это создавало у рассказчика хорошее впечатление об отце девушки, понравившейся ему, поднимало настроение.