Образы чиновников в комедии «Ревизор» дополняются и такими персонажами как Бобчинский и Добчинский, плутоватыми сплетниками, которые находятся в бесконечном поиске потрясающих новостей. Они снуются через всю комедию баловниками и шутами, которых никто ни во что не ставит, но все терпят – за возможность первыми узнать интересное происшествие, чего бы оно ни касалось. Один из них обязательно то сопровождает городничего к Хлестакову, то рассыпается в любезностях перед Анной Андреевной, то подобострастно заикается перед ревизором. В конечном счёте, во всех ипостасях они не меняются, демонстрируя низшую ступень мыслительной скудости и ничтожества – мелкого чиновника, который в силу положения ласков, а дай ему в руки власть – растерзает любого. Сами Добчинский и Бобчинский испытывают чуть ли не наслаждение от трепетания перед властью, ибо «страх всё равно пронимает, когда говоришь с вельможей», и этот страх вовсе не кажется унизительным. Его воспринимают, как источник низкого удовольствия.
Образы чиновников в комедии «Ревизор» дополняются и такими персонажами как Бобчинский и Добчинский, плутоватыми сплетниками, которые находятся в бесконечном поиске потрясающих новостей. Они снуются через всю комедию баловниками и шутами, которых никто ни во что не ставит, но все терпят – за возможность первыми узнать интересное происшествие, чего бы оно ни касалось. Один из них обязательно то сопровождает городничего к Хлестакову, то рассыпается в любезностях перед Анной Андреевной, то подобострастно заикается перед ревизором. В конечном счёте, во всех ипостасях они не меняются, демонстрируя низшую ступень мыслительной скудости и ничтожества – мелкого чиновника, который в силу положения ласков, а дай ему в руки власть – растерзает любого. Сами Добчинский и Бобчинский испытывают чуть ли не наслаждение от трепетания перед властью, ибо «страх всё равно пронимает, когда говоришь с вельможей», и этот страх вовсе не кажется унизительным. Его воспринимают, как источник низкого удовольствия.
Объяснение: