Согласны ли Вы с мнением историков о том, что Толстой «неубедительно обрисовал образ М.И. Кутузова, показав его в ходе военных действий пассивным»? ответ обоснуйте.
В отличие от исторических деятелей типа Александра I, Наполеона, думающих лишь о славе, о власти, Кутузов понять простого, человека и сам по натуре простой человек. Толстой великолепно запечатлел некоторые черты, характера великого русского полководца: его глубокие патриотические чувства, его любовь к русскому народу и ненависть к врагу, близость к солдату. Кутузов был связан с народом тесными духовными узами, и в этом была его сила как полководца. В решающие моменты всей военной кампании 1812 года Кутузов ведет себя как полководец, близкий и понятный широким солдатским массам, он действует, как подлинный русский патриот. В романе Кутузов противопоставлен немецкому генералитету, всем этим пфулям, вольцогенам, преследующим корыстные цели, он во всем противостоит Наполеону. Весь облик Наполеона, предводителя захватнической, несправедливой войны был ненатурален и лжив. А образ Кутузова является воплощением простоты, добра и правды. Однако теория фатализма сказалась также и на трактовке образа Кутузова в романе. Наряду с исторически и психологически верными чертами его характера имеются и ложные черты. Кутузов был гениальным полководцем, он прекрасную военную школу под руководством Суворова, все его операции отличались глубиной стратегического замысла. Отечественная война 1812 года явилась триумфом его полководческого искусства, которое оказалось выше полководческого искусства Наполеона. В своей многогранной военной и дипломатической деятельности Кутузов проявлял глубокий и проницательный ум, огромную опытность, незаурядные организаторские Между тем Л. Н. Толстой всюду стремится отметить, что Кутузов был лишь мудрым наблюдателем событий, что он ничему не мешал, но в то же время ничего не организовывал. В соответствии со своими историческими взглядами, в основе которых лежало отрицание роли личности в истории и признание извечной предопределенности исторических событий, автор рисует Кутузова пассивным созерцателем, являвшимся якобы лишь послушным орудием в руках провидения. Поэтому у Толстого Кутузов "презирал ум и знание и знал что-то другое, что должно было решить дело". Это другое "старость" и "опытность жизни". Князь Андрей при встрече с ним заметил, что у Кутузова осталась лишь "одна спокойного созерцания событий". Он "ничему полезному не помешает и ничего вредного не позволит". По мнению Толстого, Кутузов руководил лишь моральным духом войска. "Долголетним военным опытом он знал и старческим умом понимал, что руководить сотнями тысяч человек, борющихся со смертью, нельзя одному человеку, и знал, что решают участь сражения не распоряжения главнокомандующего, не место, на котором стоят войска, не количество пушек и убитых людей, а та неуловимая сила, называемая духом войска, и он следил за этой силой и руководил ею, насколько это было в его власти". Все это высказано с намерением принизить организаторскую роль Кутузова в Отечественной войне. Кутузов, разумеется, прекрасно понимал, что все из перечисленных элементов играют свою, в зависимости от обстоятельств, большую или меньшую роль в войне. Иногда это "место", иногда вовремя отданное "распоряжение главнокомандующего", иногда превосходство в вооружении. Однако мощный реализм Толстого нередко преодолевает путы фаталистической философии, и на страницах романа появлялся Кутузов, полный кипучей энергии, решимости, активного вмешательства в ход военных действий. Таким мы видим Кутузова, когда потрясенный рассказом князя Андрея о бедствиях России, "с злобным выражением лица" он говорит по адресу французов: "Дай срок, дай срок". Таков Кутузов и на Бородинском сражении, когда немец Вольцоген со своим холодным умом и сердцем, равнодушный к судьбе России, докладывает ему по поручению Барклая де Толли, что все пункты русских позиций в руках неприятеля и что войска бегут. А какую мы видим энергию решимости, силу гениальной проницательности Кутузова на военном совете в Филях, когда он отдает приказ об оставлении Москвы во имя России.
как его сделать это можно делать
В отличие от исторических деятелей типа Александра I, Наполеона, думающих лишь о славе, о власти, Кутузов понять простого, человека и сам по натуре простой человек. Толстой великолепно запечатлел некоторые черты, характера великого русского полководца: его глубокие патриотические чувства, его любовь к русскому народу и ненависть к врагу, близость к солдату. Кутузов был связан с народом тесными духовными узами, и в этом была его сила как полководца. В решающие моменты всей военной кампании 1812 года Кутузов ведет себя как полководец, близкий и понятный широким солдатским массам, он действует, как подлинный русский патриот. В романе Кутузов противопоставлен немецкому генералитету, всем этим пфулям, вольцогенам, преследующим корыстные цели, он во всем противостоит Наполеону. Весь облик Наполеона, предводителя захватнической, несправедливой войны был ненатурален и лжив. А образ Кутузова является воплощением простоты, добра и правды. Однако теория фатализма сказалась также и на трактовке образа Кутузова в романе. Наряду с исторически и психологически верными чертами его характера имеются и ложные черты. Кутузов был гениальным полководцем, он прекрасную военную школу под руководством Суворова, все его операции отличались глубиной стратегического замысла. Отечественная война 1812 года явилась триумфом его полководческого искусства, которое оказалось выше полководческого искусства Наполеона. В своей многогранной военной и дипломатической деятельности Кутузов проявлял глубокий и проницательный ум, огромную опытность, незаурядные организаторские Между тем Л. Н. Толстой всюду стремится отметить, что Кутузов был лишь мудрым наблюдателем событий, что он ничему не мешал, но в то же время ничего не организовывал. В соответствии со своими историческими взглядами, в основе которых лежало отрицание роли личности в истории и признание извечной предопределенности исторических событий, автор рисует Кутузова пассивным созерцателем, являвшимся якобы лишь послушным орудием в руках провидения. Поэтому у Толстого Кутузов "презирал ум и знание и знал что-то другое, что должно было решить дело". Это другое "старость" и "опытность жизни". Князь Андрей при встрече с ним заметил, что у Кутузова осталась лишь "одна спокойного созерцания событий". Он "ничему полезному не помешает и ничего вредного не позволит". По мнению Толстого, Кутузов руководил лишь моральным духом войска. "Долголетним военным опытом он знал и старческим умом понимал, что руководить сотнями тысяч человек, борющихся со смертью, нельзя одному человеку, и знал, что решают участь сражения не распоряжения главнокомандующего, не место, на котором стоят войска, не количество пушек и убитых людей, а та неуловимая сила, называемая духом войска, и он следил за этой силой и руководил ею, насколько это было в его власти". Все это высказано с намерением принизить организаторскую роль Кутузова в Отечественной войне. Кутузов, разумеется, прекрасно понимал, что все из перечисленных элементов играют свою, в зависимости от обстоятельств, большую или меньшую роль в войне. Иногда это "место", иногда вовремя отданное "распоряжение главнокомандующего", иногда превосходство в вооружении. Однако мощный реализм Толстого нередко преодолевает путы фаталистической философии, и на страницах романа появлялся Кутузов, полный кипучей энергии, решимости, активного вмешательства в ход военных действий. Таким мы видим Кутузова, когда потрясенный рассказом князя Андрея о бедствиях России, "с злобным выражением лица" он говорит по адресу французов: "Дай срок, дай срок". Таков Кутузов и на Бородинском сражении, когда немец Вольцоген со своим холодным умом и сердцем, равнодушный к судьбе России, докладывает ему по поручению Барклая де Толли, что все пункты русских позиций в руках неприятеля и что войска бегут. А какую мы видим энергию решимости, силу гениальной проницательности Кутузова на военном совете в Филях, когда он отдает приказ об оставлении Москвы во имя России.