Мне больно смотреть на его тяжкие душевные страдания. Никто не понимал его в этом огромном мире, лишь одна маленькая дворняжка, которую он назвал Муму, была для него последнею радостью. Несмотря на это, слепая, не видящая чужих мук, барыня и это забрала у Герасима, будто у обычного мужика нет таких же чувств, как у любого другого барина. Я понимаю боль Герасима и могу лишь посочувствовать ему.
Мне больно смотреть на его тяжкие душевные страдания. Никто не понимал его в этом огромном мире, лишь одна маленькая дворняжка, которую он назвал Муму, была для него последнею радостью. Несмотря на это, слепая, не видящая чужих мук, барыня и это забрала у Герасима, будто у обычного мужика нет таких же чувств, как у любого другого барина. Я понимаю боль Герасима и могу лишь посочувствовать ему.
Объяснение: