В это трудно поверить, но вначале действительно была рукопись. Абсолютно желтый лист бумаги, исписанный с двух сторон чернильной ручкой, который обнаружился в частном архиве. А на этом листе… В общем, при Сталине за такое бы – без суда и следствия в лучшем случае в лагеря. При Хрущеве… наверное, ничего такого, но стал бы «обнаруженец» невыездным. При Брежневе… скорее всего, выдали бы премию со строгим предписанием забыть обо всем написанном.
В это трудно поверить, но вначале действительно была рукопись. Абсолютно желтый лист бумаги, исписанный с двух сторон чернильной ручкой, который обнаружился в частном архиве. А на этом листе… В общем, при Сталине за такое бы – без суда и следствия в лучшем случае в лагеря. При Хрущеве… наверное, ничего такого, но стал бы «обнаруженец» невыездным. При Брежневе… скорее всего, выдали бы премию со строгим предписанием забыть обо всем написанном.