Ты, царица, всех милее, Всех румяней и белее. Ах ты, мерзкое стекло! Это врешь ты мне на зло. И взмолилась: «Жизнь моя! В чем, скажи, виновна я?" «Ой вы, молодцы честные, Братцы вы мои родные, — Им царевна говорит, — Коли лгу, пусть бог велит Не сойти живой мне с места. «Постой, Бабушка, постой немножко, — Ей кричит она в окошко, — Пригрожу сама я псу И кой-что тебе снесу».
Всех румяней и белее.
Ах ты, мерзкое стекло!
Это врешь ты мне на зло.
И взмолилась: «Жизнь моя!
В чем, скажи, виновна я?"
«Ой вы, молодцы честные,
Братцы вы мои родные, —
Им царевна говорит, —
Коли лгу, пусть бог велит
Не сойти живой мне с места.
«Постой,
Бабушка, постой немножко, —
Ей кричит она в окошко, —
Пригрожу сама я псу
И кой-что тебе снесу».