ДЛя меня самый яркий эпизод - глава "Максим Максимыч" После того, как мы видели его отношени к Печорину в главе "Бэла", то, как Печорин просто вычеркнул его из своей жизни, поражает, меня, по крайней мере.
Во-первых, посмотрим и вспомним, какими обстоятельствами был вызван риск Вулича и какими риск Печорина? У Вулича никаких внешних мотивов для выстрела не было. Печорин же рассказу о своем поступке предпосылает такие слова: «Между тем надо было на что-нибудь решиться и схватить преступника. Никто, однако, не отваживался броситься первый». Значит, в риске Печорина была видимая необходимость, можно даже сказать— общественная. Хотя сам Печорин отказывается связать свой риск с этой причиной и говорит просто, что «вздумал испытать судьбу», она, однако, была. (Печорин ведь вообще никогда не признается в добродетельных мотивах своих поступков.) Значит, принципиальная разница в риске Вулича и Печорина есть.
Второе. На что рассчитывал Вулич, приставив пистолет к своему виску, и на что рассчитывает Печорин, бросаясь на вооруженного пьяного казака? Вспомним, что Вулич полагался исключительно на судьбу, на игру случая. Печорин же действует вовсе не слепо, а трезво и обдуманно: внимательно и быстро оценивает обстановку, заставляет есаула отвлекать убийцу и, зная, что тот ждет опасности со стороны двери,. бросается в окно, надеясь выиграть нужное мгновение за счет внезапности, неожиданности нападения. Можно сказать, что .Печорин действует даже расчетливо, по пословице «На судьбу (бога) надейся, а сам не плошай». Значит, если Вулич действительно фаталист, то Печорин, испытывая судьбу, принимает определенные меры, чтобы исключить слепую игру случая. И наконец, третье: каких личных качеств требовало испытание судьбы от Вулича и каких от Печорина? Вулич рисковал своей жизнью, но противника у него не было. Ему нужно было, конечно, хладнокровие, своеобразное мужество. А Печорину, помимо того же, требовалось и умение оценить обстановку, и находчивость, и воля, и подчинить себе других, увлечь их своим замыслом, действовать быстро, решительно, энергично. Эти качества по крупицам можно было видеть в Печорине и ранее, но здесь все лучшее в нем мобилизуется для поступка, нужного и полезного людям. Здесь Печорин выступает не как «топор в руках судьбы», принося несчастье другим. Именно в «Фаталисте» мы видим, как возможности героя и его силы необъятные могут оказаться необходимыми людям. И заметим: на какой-то миг Печорин испытывает довольство своим поступком, хотя много об этом говорить не в его правилах. Однако он все же произносит замечательную фразу: «Офицеры меня поздравляли — и точно, было с чем».
ДЛя меня самый яркий эпизод - глава "Максим Максимыч" После того, как мы видели его отношени к Печорину в главе "Бэла", то, как Печорин просто вычеркнул его из своей жизни, поражает, меня, по крайней мере.
А так примеров эгоизма - полон роман!
Во-первых, посмотрим и вспомним, какими обстоятельствами был вызван риск Вулича и какими риск Печорина? У Вулича никаких внешних мотивов для выстрела не было. Печорин же рассказу о своем поступке предпосылает такие слова: «Между тем надо было на что-нибудь решиться и схватить преступника. Никто, однако, не отваживался броситься первый». Значит, в риске Печорина была видимая необходимость, можно даже сказать— общественная. Хотя сам Печорин отказывается связать свой риск с этой причиной и говорит просто, что «вздумал испытать судьбу», она, однако, была. (Печорин ведь вообще никогда не признается в добродетельных мотивах своих поступков.) Значит, принципиальная разница в риске Вулича и Печорина есть.
Второе. На что рассчитывал Вулич, приставив пистолет к своему виску, и на что рассчитывает Печорин, бросаясь на вооруженного пьяного казака? Вспомним, что Вулич полагался исключительно на судьбу, на игру случая. Печорин же действует вовсе не слепо, а трезво и обдуманно: внимательно и быстро оценивает обстановку, заставляет есаула отвлекать убийцу и, зная, что тот ждет опасности со стороны двери,. бросается в окно, надеясь выиграть нужное мгновение за счет внезапности, неожиданности нападения. Можно сказать, что .Печорин действует даже расчетливо, по пословице «На судьбу (бога) надейся, а сам не плошай». Значит, если Вулич действительно фаталист, то Печорин, испытывая судьбу, принимает определенные меры, чтобы исключить слепую игру случая.
И наконец, третье: каких личных качеств требовало испытание судьбы от Вулича и каких от Печорина? Вулич рисковал своей жизнью, но противника у него не было. Ему нужно было, конечно, хладнокровие, своеобразное мужество. А Печорину, помимо того же, требовалось и умение оценить обстановку, и находчивость, и воля, и подчинить себе других, увлечь их своим замыслом, действовать быстро, решительно, энергично. Эти качества по крупицам можно было видеть в Печорине и ранее, но здесь все лучшее в нем мобилизуется для поступка, нужного и полезного людям. Здесь Печорин выступает не как «топор в руках судьбы», принося несчастье другим. Именно в «Фаталисте» мы видим, как возможности героя и его силы необъятные могут оказаться необходимыми людям. И заметим: на какой-то миг Печорин испытывает довольство своим поступком, хотя много об этом говорить не в его правилах. Однако он все же произносит замечательную фразу: «Офицеры меня поздравляли — и точно, было с чем».