Мне здесь то одно удивительно, что мои донцы-молодцы без всего этого
воевали и дванадесять язык прогнали.
- Ах, ах, ах,-- говорит,-- как это так... как это даже можно так тонко
сделать! -- И к Платову по-русски оборачивается и говорит: -- Вот если бы у
меня был хотя один такой мастер в России, так я бы этим весьма счастливый
был и гордился, а того мастера сейчас же благородным бы сделал.
- Зачем ты их очень сконфузил, мне их теперь очень жалко. Поедем.
Сели опять в ту же двухсестную карету и поехали, и государь в этот день
на бале был, а Платов еще 6ольший стакан кислярки выдушил и спал крепким
казачьим сном.
Мне здесь то одно удивительно, что мои донцы-молодцы без всего этого
воевали и дванадесять язык прогнали.
- Ах, ах, ах,-- говорит,-- как это так... как это даже можно так тонко
сделать! -- И к Платову по-русски оборачивается и говорит: -- Вот если бы у
меня был хотя один такой мастер в России, так я бы этим весьма счастливый
был и гордился, а того мастера сейчас же благородным бы сделал.
- Зачем ты их очень сконфузил, мне их теперь очень жалко. Поедем.
Сели опять в ту же двухсестную карету и поехали, и государь в этот день
на бале был, а Платов еще 6ольший стакан кислярки выдушил и спал крепким
казачьим сном.