Можно согласиться с первой частью высказывания исследователя. В оде «Бог» поэт непостижимым образом, руководствуясь лишь своим вдохновением, проникается божественным, ощущает повсюду присутствие Бога и даже смотрит на мир с божественной точки зрения. Поэт удивительно зримо описывает, что в безднах под Богом искрятся мириады звезд, как «пылинки инея» в морозный день. В сравнении с Богом «твердь» вселенной кажется каплей, а сияние всех миров - ночью «перед днем». Человек (а поэт в этом стихотворении выступает как представитель всего человеческого рода) перед Богом — просто ничто. Но в том и состоит пафос оды Державина, что человек, созданный по образу и подобию Божьему, отражает в себе Бога, подобно тому, как даже мельчайшая капля воды отражает свет солнца. В этом - великий замысел Творца. Существование человека является доказательством существования Бога («Тебя душа моя быть чает, / Вникает, мыслит, рассуждает: / Я есмь - конечно, есть и ты!»). И наоборот: существование Бога наполняет смыслом жизнь человека: «Ты есть - и я уж не ничто!».
Со второй частью высказывания исследователя согласиться труднее. Державин в своей оде описывает взаимоотношения Бога с человеком. Пред Богом все равны, всем суждено умереть, чтобы вернуться в бессмертие. Державин не пишет о поэтах как об особых людях, которые «возвышаются» над «слабыми смертными» благодаря силе слова. В последней строфе оды содержится лишь мысль о том, что единственный (для всех смертных почтить» Бога — это «славословить» его, возвышать к нему свои горячие и радостные хвалы.
Можно согласиться с первой частью высказывания исследователя. В оде «Бог» поэт непостижимым образом, руководствуясь лишь своим вдохновением, проникается божественным, ощущает повсюду присутствие Бога и даже смотрит на мир с божественной точки зрения. Поэт удивительно зримо описывает, что в безднах под Богом искрятся мириады звезд, как «пылинки инея» в морозный день. В сравнении с Богом «твердь» вселенной кажется каплей, а сияние всех миров - ночью «перед днем». Человек (а поэт в этом стихотворении выступает как представитель всего человеческого рода) перед Богом — просто ничто. Но в том и состоит пафос оды Державина, что человек, созданный по образу и подобию Божьему, отражает в себе Бога, подобно тому, как даже мельчайшая капля воды отражает свет солнца. В этом - великий замысел Творца. Существование человека является доказательством существования Бога («Тебя душа моя быть чает, / Вникает, мыслит, рассуждает: / Я есмь - конечно, есть и ты!»). И наоборот: существование Бога наполняет смыслом жизнь человека: «Ты есть - и я уж не ничто!».
Со второй частью высказывания исследователя согласиться труднее. Державин в своей оде описывает взаимоотношения Бога с человеком. Пред Богом все равны, всем суждено умереть, чтобы вернуться в бессмертие. Державин не пишет о поэтах как об особых людях, которые «возвышаются» над «слабыми смертными» благодаря силе слова. В последней строфе оды содержится лишь мысль о том, что единственный (для всех смертных почтить» Бога — это «славословить» его, возвышать к нему свои горячие и радостные хвалы.
Объяснение: