Эпические события в первых абзацах развиваются стремительно. По законам притчи, автору нет нужды объяснять, почему человек оказался в тюрьме, совершил ли он какие-нибудь преступления, вызывает ли заточение сочувствие читателя или справедливое негодование. Также непонятно, как человек убежал из тюрьмы. Читатель принимает эти условия как данность, ассоциируя себя в какой-то мере с героем стихотворения в прозе.
Среди исследователей есть любопытное наблюдение, что знаки препинания в стихотворении в прозе играют неожиданную роль. Это не только паузы, но и графическое изображение пути героя. Так многоточия аллегорически обозначают расстояние, которое оделяет героя в первом, втором и пятом случае от преследователей, а в третьем, четвёртом и шестом – от смерти. Тире появляются в предложениях перед союзами но, и, стоящими между однородными членами, противопоставленными друг другу: узкая – но глубокая река, засмеялся самодовольно – и пошёл прочь, присел на бережку – и начал горько плакать. В первом случае тире – аллегория шаткой гнилой доски через реку, во втором и третьем – разрыва, границы между погибшим и врагом, героем и неверным другом.
Такое графическое использование знаков препинания является своеобразным изобретением Тургенева и может совсем не учитываться читателем. Это только дополнение к общему аллегорическому смыслу.
Тургенев умело использует глаголы движения в сочетании с наречиями: вырвался, стремглав пустился бежать, мчалась по пятам, начали отставать, занёс ногу, бухнул, утонул. Другая группа глаголов связана с беседой человека с другом: закричал во всё горло возопил – горько плакать – безутешно рыдать. В произведении важны как действия, так и реакция на них.
Эпитеты редки, но тоже наполнены аллегорическим смыслом. Река узкая, но глубокая, доска тонкая и гнилая. Это сочетание даёт надежду. Ведь река всё-таки узкая, можно успеть перебежать! Друг лучший, ревностный, враг самый жестокий, волны бурные, тюрьма ужасная, душа добрая. Все эти постоянные эпитеты создают типичную, ожидаемую картину человеческих отношений. Враг в рассказе ожидаемо жестокий, а вот друг не только убивает своей заботой, но и считает своё убийство благом для друга. Вся притча – иллюстрация пословицы «Друг познаётся в беде».
Эпические события в первых абзацах развиваются стремительно. По законам притчи, автору нет нужды объяснять, почему человек оказался в тюрьме, совершил ли он какие-нибудь преступления, вызывает ли заточение сочувствие читателя или справедливое негодование. Также непонятно, как человек убежал из тюрьмы. Читатель принимает эти условия как данность, ассоциируя себя в какой-то мере с героем стихотворения в прозе.
Среди исследователей есть любопытное наблюдение, что знаки препинания в стихотворении в прозе играют неожиданную роль. Это не только паузы, но и графическое изображение пути героя. Так многоточия аллегорически обозначают расстояние, которое оделяет героя в первом, втором и пятом случае от преследователей, а в третьем, четвёртом и шестом – от смерти. Тире появляются в предложениях перед союзами но, и, стоящими между однородными членами, противопоставленными друг другу: узкая – но глубокая река, засмеялся самодовольно – и пошёл прочь, присел на бережку – и начал горько плакать. В первом случае тире – аллегория шаткой гнилой доски через реку, во втором и третьем – разрыва, границы между погибшим и врагом, героем и неверным другом.
Такое графическое использование знаков препинания является своеобразным изобретением Тургенева и может совсем не учитываться читателем. Это только дополнение к общему аллегорическому смыслу.
Тургенев умело использует глаголы движения в сочетании с наречиями: вырвался, стремглав пустился бежать, мчалась по пятам, начали отставать, занёс ногу, бухнул, утонул. Другая группа глаголов связана с беседой человека с другом: закричал во всё горло возопил – горько плакать – безутешно рыдать. В произведении важны как действия, так и реакция на них.
Эпитеты редки, но тоже наполнены аллегорическим смыслом. Река узкая, но глубокая, доска тонкая и гнилая. Это сочетание даёт надежду. Ведь река всё-таки узкая, можно успеть перебежать! Друг лучший, ревностный, враг самый жестокий, волны бурные, тюрьма ужасная, душа добрая. Все эти постоянные эпитеты создают типичную, ожидаемую картину человеческих отношений. Враг в рассказе ожидаемо жестокий, а вот друг не только убивает своей заботой, но и считает своё убийство благом для друга. Вся притча – иллюстрация пословицы «Друг познаётся в беде».
Объяснение:
Потому что потому, не благодари