Мы, как и обычно, сидели вокруг костра и пели нашу любимую песню. Всё вокруг было спокойно, и, казалось бы, ничего необычного не намечалось. Тьма поглощала стволы деревьев, как вдруг из чащи послышался треск. Сначала мы не обратили на него внимания, подумав, что заблудший зверь в который раз ищеи свой кров.
Немного погодя мы заметили, что на нас смотрит девочка. Она выглядела уставшей и обескураженной. Нам стало интересно, что она делает в столь позднее время в лесной глуши. Девочки рассказала, что её мачиха послала её за подснежниками. Бвло удивительно, ведь шёл декабрь, и подснежников и не могло расти. Я, как старший месяц, разрешил марту девочке.
После её ухода мы ещё долго обсуждали её появление.
Мы, как и обычно, сидели вокруг костра и пели нашу любимую песню. Всё вокруг было спокойно, и, казалось бы, ничего необычного не намечалось. Тьма поглощала стволы деревьев, как вдруг из чащи послышался треск. Сначала мы не обратили на него внимания, подумав, что заблудший зверь в который раз ищеи свой кров.
Немного погодя мы заметили, что на нас смотрит девочка. Она выглядела уставшей и обескураженной. Нам стало интересно, что она делает в столь позднее время в лесной глуши. Девочки рассказала, что её мачиха послала её за подснежниками. Бвло удивительно, ведь шёл декабрь, и подснежников и не могло расти. Я, как старший месяц, разрешил марту девочке.
После её ухода мы ещё долго обсуждали её появление.