Если мне, н., до сих пор говорили: «возлюби» и я возлюбил, то что из этого выходило? – продолжал Петр Петрович… – выходило то, что я рвал кафтан пополам, делился с ближним и оба мы оставались наполовину голы… Наука же говорит: возлюби, прежде всего, одного себя, ибо все на свете на личном интересе основано. Возлюбишь одного себя, то и дела свои обделаешь как следует и кафтан твой останется цел…»Деньги – единственный бог его. Нет предела беззастенчивости и наглости. Хочет произвести выгодное впечатление. Готов «переступить все препятствия». Живет по принципу «все дозволено».
Угрызения совести и сострадания незнакомы ему. Судейский слог – «не то чтоб уж очень безграмотно, да и не то чтоб уж очень литературно; деловой»
Лужин и Свидригайлов, «сильные мира сего» живут и действуют по принципу «все дозволено», т.е. по существу следуют теории Раскольникова. Только у него она облекается в гуманистическую оболочку рассуждений о борьбе за человеческое счастье, а у «сильных мира сего» откровенно бесчеловечна, цинична. Свидригайлов (теория вседозволенности) и Лужин
Если мне, н., до сих пор говорили: «возлюби» и я возлюбил, то что из этого выходило? – продолжал Петр Петрович… – выходило то, что я рвал кафтан пополам, делился с ближним и оба мы оставались наполовину голы… Наука же говорит: возлюби, прежде всего, одного себя, ибо все на свете на личном интересе основано. Возлюбишь одного себя, то и дела свои обделаешь как следует и кафтан твой останется цел…»Деньги – единственный бог его. Нет предела беззастенчивости и наглости. Хочет произвести выгодное впечатление. Готов «переступить все препятствия». Живет по принципу «все дозволено».
Угрызения совести и сострадания незнакомы ему. Судейский слог – «не то чтоб уж очень безграмотно, да и не то чтоб уж очень литературно; деловой»
Лужин и Свидригайлов, «сильные мира сего» живут и действуют по принципу «все дозволено», т.е. по существу следуют теории Раскольникова. Только у него она облекается в гуманистическую оболочку рассуждений о борьбе за человеческое счастье, а у «сильных мира сего» откровенно бесчеловечна, цинична. Свидригайлов (теория вседозволенности) и Лужин