Жил-был барин, и был у него слуга. А барин до того сказки любил слушать, что заставлял своего слугу их рассказывать. А слуга никаких сказок и не знал. Вот пришёл слуга сказку барину рассказывать, сел и говорит:
— Вот раз мы шли, шли, шли, шли…
Барину надоело это слово «шли», и он спрашивает:
— Да куда мы пришли-то?
А слуга как будто не слышит, всё своё:
— Шли, шли, шли, шли…
Рассердился барин и прогнал слугу прочь.
На второй день барин просит слугу сказку продолжить. Слуга пришёл и говорит:
— Вот, барин, мы шли, шли и пришли к высокой горе. И давай на эту гору взбираться. Лезем, лезем, лезем, лезем…
И так целый день всё говорил, как они лезли на гору. Барин не вытерпел:
— Да скоро ли мы залезем-то?
А слуга всё своё:
— Лезем, лезем, лезем…
Барину надоело это, и он прогнал слугу.
Приходит слуга на третий день. Барин его опять просит:
— Расскажи мне, что дальше-то было?
— Вот мы залезли на гору, а потом опять пошли. Шли, шли, шли, пришли. Стоят две бочки: одна с навозом бочка, а другая с мёдом. Меня, как слугу, посадили в навоз, а тебя, как барина, в мёд.
— А вот это правильно! А вот это хорошо!
— И вот мы сидели, сидели, сидели…
Барин всё это слушал, слушал, не вытерпел и говорит:
— Да скоро ли нас вытащат?
А слуга всё своё:
— Сидели, сидели, сидели…
Барин опять рассердился и прогнал его.
На четвёртое утро опять позвал барин слугу:
— Так долго мы там сидели?
— Вот, барин, нас вытащили, и пришли два начальника. И заставили меня тебя вылизывать, а тебя – меня.
Жил-был барин, и был у него слуга. А барин до того сказки любил слушать, что заставлял своего слугу их рассказывать. А слуга никаких сказок и не знал. Вот пришёл слуга сказку барину рассказывать, сел и говорит:
— Вот раз мы шли, шли, шли, шли…
Барину надоело это слово «шли», и он спрашивает:
— Да куда мы пришли-то?
А слуга как будто не слышит, всё своё:
— Шли, шли, шли, шли…
Рассердился барин и прогнал слугу прочь.
На второй день барин просит слугу сказку продолжить. Слуга пришёл и говорит:
— Вот, барин, мы шли, шли и пришли к высокой горе. И давай на эту гору взбираться. Лезем, лезем, лезем, лезем…
И так целый день всё говорил, как они лезли на гору. Барин не вытерпел:
— Да скоро ли мы залезем-то?
А слуга всё своё:
— Лезем, лезем, лезем…
Барину надоело это, и он прогнал слугу.
Приходит слуга на третий день. Барин его опять просит:
— Расскажи мне, что дальше-то было?
— Вот мы залезли на гору, а потом опять пошли. Шли, шли, шли, пришли. Стоят две бочки: одна с навозом бочка, а другая с мёдом. Меня, как слугу, посадили в навоз, а тебя, как барина, в мёд.
— А вот это правильно! А вот это хорошо!
— И вот мы сидели, сидели, сидели…
Барин всё это слушал, слушал, не вытерпел и говорит:
— Да скоро ли нас вытащат?
А слуга всё своё:
— Сидели, сидели, сидели…
Барин опять рассердился и прогнал его.
На четвёртое утро опять позвал барин слугу:
— Так долго мы там сидели?
— Вот, барин, нас вытащили, и пришли два начальника. И заставили меня тебя вылизывать, а тебя – меня.