создания произведения связана с печальным событием – расстрелом друзей пушкина, которые были участниками декабристского движения. под впечатлением горькой потери в 1826 г. был написан «пророк».
что касается рассматриваемого стихотворения, на определение направления нас наводят особенности «пророка»: переложение библейского сюжета, философская тематика, торжественный стиль строк. все это близко к такому направлению, как классицизм.
жанр – элегия.
чтобы создать образ пророка, раскрыть заявленную тему и реализовать идею, автор использует средства выразительности. в них четко проявляется библейская составляющая. в стихотворении метафоры: «духовной жаждою томим», «внял я неба содроганье», «он к устам моим приник и вырвал грешный мой язык», «угль, пылающий огнем, во грудь отверстую водвинул», «глаголом жги сердца людей». также в тексте есть эпитеты – «шестикрылый серафим», «горный полет», «дольняя лоза», «грешный язык», язык «празднословный и лукавый», сравнения – «персты легкие как сон», «отверзлись вещие зеницы, как у испуганной орлицы», «как труп в пустыне я лежал».
система образов определяет особенности лексического состава стихов, поэтому в них много церковной и старославянской лексики: серафим, десница, глас, бог, пророк, виждь, внемли.
создания произведения связана с печальным событием – расстрелом друзей пушкина, которые были участниками декабристского движения. под впечатлением горькой потери в 1826 г. был написан «пророк».
что касается рассматриваемого стихотворения, на определение направления нас наводят особенности «пророка»: переложение библейского сюжета, философская тематика, торжественный стиль строк. все это близко к такому направлению, как классицизм.
жанр – элегия.
чтобы создать образ пророка, раскрыть заявленную тему и реализовать идею, автор использует средства выразительности. в них четко проявляется библейская составляющая. в стихотворении метафоры: «духовной жаждою томим», «внял я неба содроганье», «он к устам моим приник и вырвал грешный мой язык», «угль, пылающий огнем, во грудь отверстую водвинул», «глаголом жги сердца людей». также в тексте есть эпитеты – «шестикрылый серафим», «горный полет», «дольняя лоза», «грешный язык», язык «празднословный и лукавый», сравнения – «персты легкие как сон», «отверзлись вещие зеницы, как у испуганной орлицы», «как труп в пустыне я лежал».
система образов определяет особенности лексического состава стихов, поэтому в них много церковной и старославянской лексики: серафим, десница, глас, бог, пророк, виждь, внемли.