Я проснулся. В небольшой пещере было сыро и холодно. Горевший в середине огонь, отбрасывал слабые отблески на неровности стен. В моем животе урчало от голода, так как я не ел уже несколько дней.
Сегодня мне предстояло снова отправиться на охоту на оленя и я просто не имел права возратиться домой с пустыми руками.
Я вылез из-под теплой шкуры и направился к выходу из пещеры. Солнце только-только взашло, но охотники уже собрались.
Мы шли быстро. Когда мы пришли в глудь леса, я чувствовал, что изрядно устал, но предстояло ещё приготовиться к охоте.
Олень чуткое зверь, его легко спугнуть. Мы спрятались за кустами, приготовили оружие и стали ждать. Ждали мы очень долго. Все изнемогали от жажды и голода, но сдвинуться с места было нельзя. Вдруг, наконец, я увидел двух приближающихся оленей.
Он направлялся прямо к ручью. Я подал знак охотникам. Камни, топоры полетели прямо в цель.Охота была удачной.
Я проснулся. В небольшой пещере было сыро и холодно. Горевший в середине огонь, отбрасывал слабые отблески на неровности стен. В моем животе урчало от голода, так как я не ел уже несколько дней.
Сегодня мне предстояло снова отправиться на охоту на оленя и я просто не имел права возратиться домой с пустыми руками.
Я вылез из-под теплой шкуры и направился к выходу из пещеры. Солнце только-только взашло, но охотники уже собрались.
Мы шли быстро. Когда мы пришли в глудь леса, я чувствовал, что изрядно устал, но предстояло ещё приготовиться к охоте.
Олень чуткое зверь, его легко спугнуть. Мы спрятались за кустами, приготовили оружие и стали ждать. Ждали мы очень долго. Все изнемогали от жажды и голода, но сдвинуться с места было нельзя. Вдруг, наконец, я увидел двух приближающихся оленей.
Он направлялся прямо к ручью. Я подал знак охотникам. Камни, топоры полетели прямо в цель.Охота была удачной.