Выбрать (традиционный)китайский (упрощенный) (Гаити) (гэльский) Переводчик поделитесь публикацией с друзьями и коллегами
Отношения России с Турцией и подвластными последней странами Балканского полуострова в начале XIX в. до сих пор привлекают внимание историков многих стран. В этой связи представляет большой интерес вопрос о русско-турецком соглашении 1802 г. о румынских княжествах Валахии и Молдавии, не получивший достаточного освещения в исторической литературе ввиду того, что документы, касающиеся переговоров по данному вопросу, не были опубликованы. В ряде работ советских историков1 существовало неправильное определение характера этого соглашения. Оно рассматривалось как султанский хатти-шериф, принятый под давлением России, и совершенно исключался тот факт, что русско-турецкое соглашение 1802 г. являлось межгосударственным актом, оформленным путем обмена нотами между правительствами России и Турции. Опубликование в первом томе "Внешней политики России XIX и начала XX века" документов, относящихся к русско-турецким переговорам 1802 г., проливает дополнительный свет на историю заключения соглашения, характер самого соглашения, а также позволяет судить о том, какую позицию занимала в то время царская Россия в отношении Турции, Валахии и Молдавии.
Характеризуя позицию России в отношении Турции, необходимо отметить, что внешнеполитические акты России в конце XVIII в. и в первые годы XIX столетия опровергают часто встречающееся в буржуазной историографии утверждение, что русская дипломатия якобы всегда стремилась к разрушению Турецкой империи, в отличие от дипломатии западных держав, которая будто бы отстаивала ее территориальную целостность и неприкосновенность2 . Исторические факты свидетельствуют о том, что на рубеже XVIII и XIX вв. для русской дипломатии была характерна тенденция к сохранению турецкого государства при условии выполнения им своих договорных обязательств.
В последние годы XVIII в. экспансионистская политика наполеоновской Франции на Ближнем Востоке, ознаменовавшаяся захватом Египта, вынудила турецкое правительство пойти на сближение с Россией, следствием чего явилось заключение союзного оборонительного договора 1799 года. Россия оказала Турции вооруженную поддержку и совместно с Англией добилась эвакуации французских войск из Египта. Она выступила также в качестве посредника при заключении мирного договора между Турцией и Францией (25 июня 1802 г.). В своей восточной политике царское правительство использовало религиозную общность и культурную близость подвластных Турции христианских народов с русским народом, их стремление к освобождению от ига мусульманских завоевателей. Турецкое правительство грубо притесняло эти народы, бесцеремонно нарушая условия Кючук-Кайнарджийского и Ясского мирных договоров3 . Как известно, именно в результате этих договоров Валахия и Молдавия получали "покровительство и защиту" со стороны России, которая могла в случае невыполнения обязательств, принятых на себя Турцией, выступить в их защиту. Россия постоянно требовала от Турции не только выполнения постановлений Кючук-Кайнарджийского и Ясского договоров, султанских хатти-шерифов 1775 г., изданных в подтверждение этих договоров, но и расширения прав подвластных Турции народов
Отношения России с Турцией и подвластными последней странами Балканского полуострова в начале XIX в. до сих пор привлекают внимание историков многих стран. В этой связи представляет большой интерес вопрос о русско-турецком соглашении 1802 г. о румынских княжествах Валахии и Молдавии, не получивший достаточного освещения в исторической литературе ввиду того, что документы, касающиеся переговоров по данному вопросу, не были опубликованы. В ряде работ советских историков1 существовало неправильное определение характера этого соглашения. Оно рассматривалось как султанский хатти-шериф, принятый под давлением России, и совершенно исключался тот факт, что русско-турецкое соглашение 1802 г. являлось межгосударственным актом, оформленным путем обмена нотами между правительствами России и Турции. Опубликование в первом томе "Внешней политики России XIX и начала XX века" документов, относящихся к русско-турецким переговорам 1802 г., проливает дополнительный свет на историю заключения соглашения, характер самого соглашения, а также позволяет судить о том, какую позицию занимала в то время царская Россия в отношении Турции, Валахии и Молдавии.
Характеризуя позицию России в отношении Турции, необходимо отметить, что внешнеполитические акты России в конце XVIII в. и в первые годы XIX столетия опровергают часто встречающееся в буржуазной историографии утверждение, что русская дипломатия якобы всегда стремилась к разрушению Турецкой империи, в отличие от дипломатии западных держав, которая будто бы отстаивала ее территориальную целостность и неприкосновенность2 . Исторические факты свидетельствуют о том, что на рубеже XVIII и XIX вв. для русской дипломатии была характерна тенденция к сохранению турецкого государства при условии выполнения им своих договорных обязательств.
В последние годы XVIII в. экспансионистская политика наполеоновской Франции на Ближнем Востоке, ознаменовавшаяся захватом Египта, вынудила турецкое правительство пойти на сближение с Россией, следствием чего явилось заключение союзного оборонительного договора 1799 года. Россия оказала Турции вооруженную поддержку и совместно с Англией добилась эвакуации французских войск из Египта. Она выступила также в качестве посредника при заключении мирного договора между Турцией и Францией (25 июня 1802 г.). В своей восточной политике царское правительство использовало религиозную общность и культурную близость подвластных Турции христианских народов с русским народом, их стремление к освобождению от ига мусульманских завоевателей. Турецкое правительство грубо притесняло эти народы, бесцеремонно нарушая условия Кючук-Кайнарджийского и Ясского мирных договоров3 . Как известно, именно в результате этих договоров Валахия и Молдавия получали "покровительство и защиту" со стороны России, которая могла в случае невыполнения обязательств, принятых на себя Турцией, выступить в их защиту. Россия постоянно требовала от Турции не только выполнения постановлений Кючук-Кайнарджийского и Ясского договоров, султанских хатти-шерифов 1775 г., изданных в подтверждение этих договоров, но и расширения прав подвластных Турции народов