Киево-печерский монастырь основан в 1051 г. при Ярославе Мудром. Основой его, по приданию, явилась пещера неподалеку от села Берестова (летней резиденции киевских князей), которая стала прибежищем первого отшельника на Руси, Антония. Со временем вокруг Антония начали собираться единомышленники. Когда количество братии достигло 12, Антоний поставил игуменом Варлаама, а сам в 1062 г. переселился на соседний холм и выкопал там пещеру. Так возникли пещеры, получившие название Ближние и Дальние. В том же 11 в. на холме над пещерами был построен первый надземный деревянный, а затем каменный Успенский храм, богато украшенный мозаиками и фресками, обитель была обнесена изгородью. Вокруг храма строятся новые кельи, переселяется почти вся братия. Пещеры стали использоваться как место погребения и реликварии, притягивающие массу паломников. Жизнь основателей Киево-Печерского Киево-Печерского монастыря воспринималась как моральный подвиг. Отречение монахов от мирских соблазнов, их аскетизм вызывали у верующих благоговение не только к инокам, а и к христианству в целом.
Киево-печерский монастырь основан в 1051 г. при Ярославе Мудром. Основой его, по приданию, явилась пещера неподалеку от села Берестова (летней резиденции киевских князей), которая стала прибежищем первого отшельника на Руси, Антония. Со временем вокруг Антония начали собираться единомышленники. Когда количество братии достигло 12, Антоний поставил игуменом Варлаама, а сам в 1062 г. переселился на соседний холм и выкопал там пещеру. Так возникли пещеры, получившие название Ближние и Дальние. В том же 11 в. на холме над пещерами был построен первый надземный деревянный, а затем каменный Успенский храм, богато украшенный мозаиками и фресками, обитель была обнесена изгородью. Вокруг храма строятся новые кельи, переселяется почти вся братия. Пещеры стали использоваться как место погребения и реликварии, притягивающие массу паломников. Жизнь основателей Киево-Печерского Киево-Печерского монастыря воспринималась как моральный подвиг. Отречение монахов от мирских соблазнов, их аскетизм вызывали у верующих благоговение не только к инокам, а и к христианству в целом.