В конце XVIII века - первой половине XIX века, в то время когда в Европе понятие "либерализм" прочно вошло в общественно-политический лексикон, и шло активное формирование либерального мировоззрения, государственный и общественный порядок Российской империи находился на прежних основаниях. Дворянство, составлявшее малую часть населения, оставалось господствующим, привилегированным классом. Освобожденные от обязательной службы государству помещики превратились в праздный, чисто потребительский «класс рабовладельцев». Из дворян формировались бурно растущие в то время канцелярии бюрократического аппарата империи. В стране царил чиновничий и помещичий произвол. Правительство предпринимало попытки проведения общественных реформ, но проблемы изменения государственного строя или совершенствования законодательства в России первой половины XIX века практически не решались. Острейшим явился вопрос о крепостном праве. «Целая половина населения империи, которого тогда считалось свыше 40 млн. душ обоего пола, - писал В.О. Ключевский в своем «Курсе русской истории», - целая половина этого населения зависела не от закона, а от личного произвола владельца... Крепостное русское село превращалось в негритянскую североамериканскую плантацию».
Государственная политика выражала интересы основной массы дворянства. Правительство порой осознавало опасность углубляющейся розни основных сословий, но сколько-нибудь существенные реформы провести было не Как во всяком самодержавном государстве, политика России во многом зависела от личности монарха. Так еще в конце XVIII века Павел I отменил некоторые привилегии дворян и законодательно ограничил барщину тремя днями в неделю, но он же раздал в частное владение дворянам около 100 тыс. дворцовых и казенных крестьян.
В конце XVIII века - первой половине XIX века, в то время когда в Европе понятие "либерализм" прочно вошло в общественно-политический лексикон, и шло активное формирование либерального мировоззрения, государственный и общественный порядок Российской империи находился на прежних основаниях. Дворянство, составлявшее малую часть населения, оставалось господствующим, привилегированным классом. Освобожденные от обязательной службы государству помещики превратились в праздный, чисто потребительский «класс рабовладельцев». Из дворян формировались бурно растущие в то время канцелярии бюрократического аппарата империи. В стране царил чиновничий и помещичий произвол. Правительство предпринимало попытки проведения общественных реформ, но проблемы изменения государственного строя или совершенствования законодательства в России первой половины XIX века практически не решались. Острейшим явился вопрос о крепостном праве. «Целая половина населения империи, которого тогда считалось свыше 40 млн. душ обоего пола, - писал В.О. Ключевский в своем «Курсе русской истории», - целая половина этого населения зависела не от закона, а от личного произвола владельца... Крепостное русское село превращалось в негритянскую североамериканскую плантацию».
Государственная политика выражала интересы основной массы дворянства. Правительство порой осознавало опасность углубляющейся розни основных сословий, но сколько-нибудь существенные реформы провести было не Как во всяком самодержавном государстве, политика России во многом зависела от личности монарха. Так еще в конце XVIII века Павел I отменил некоторые привилегии дворян и законодательно ограничил барщину тремя днями в неделю, но он же раздал в частное владение дворянам около 100 тыс. дворцовых и казенных крестьян.