Почему Филипп 2 не захватил Спарту? Этот вопрос, действительно, всех волнует, ведь он и Александр в дальнейшем могли захватить Спарту за несколько недель.
Действительно, Филипп был тем, кто сформировал новый политический скелет Эллады. Тогда почти все греческие полисы вошли в состав Эллинской лиги или Коринфский союз, то есть фактически Эллада подчинялась власти македонских царе й. Однако, Спарта не подчинялась.
Вероятнее всего, Филипп не видел в этом смысла, потому что Спарта была ослаблена. Это был настолько слабый полис, что не мог противостоять не то, что Македонии, но и союзным полисам. Но Спарта была устрашителем соседей. То есть полисы сохраняли верность Македонии лишь потому, что боялись быть подчиненными Спартой. Не все полисы, конечно, но Аргос и Мессения точно.
Ну и ситуация с Фичами была единственным прецедентом, ведь и Филипп, и позже Александр, нуждались в спокойной Греции.
Едва ли лаконичный ответ спартанцев «Если» на угрозы Филиппа: «Я покорил всю Грецию, у меня самое лучшее в мире войско. Сдавайтесь, потому что если я захвачу Спарту силой, если я сломаю её ворота, если я пробью таранами её стены, то беспощадно уничтожу всё население и сравняю город с землёй!» страшили его, и тем более, Александра, который дошел до Индии и поборол, казалось, непобедимую Персию.
Почему Филипп 2 не захватил Спарту? Этот вопрос, действительно, всех волнует, ведь он и Александр в дальнейшем могли захватить Спарту за несколько недель.
Действительно, Филипп был тем, кто сформировал новый политический скелет Эллады. Тогда почти все греческие полисы вошли в состав Эллинской лиги или Коринфский союз, то есть фактически Эллада подчинялась власти македонских царе й. Однако, Спарта не подчинялась.
Вероятнее всего, Филипп не видел в этом смысла, потому что Спарта была ослаблена. Это был настолько слабый полис, что не мог противостоять не то, что Македонии, но и союзным полисам. Но Спарта была устрашителем соседей. То есть полисы сохраняли верность Македонии лишь потому, что боялись быть подчиненными Спартой. Не все полисы, конечно, но Аргос и Мессения точно.
Ну и ситуация с Фичами была единственным прецедентом, ведь и Филипп, и позже Александр, нуждались в спокойной Греции.
Едва ли лаконичный ответ спартанцев «Если» на угрозы Филиппа: «Я покорил всю Грецию, у меня самое лучшее в мире войско. Сдавайтесь, потому что если я захвачу Спарту силой, если я сломаю её ворота, если я пробью таранами её стены, то беспощадно уничтожу всё население и сравняю город с землёй!» страшили его, и тем более, Александра, который дошел до Индии и поборол, казалось, непобедимую Персию.