Подобно всей нашей жизни, международные отношения пронизаны эмоционально нагруженными метафорами, которые определяют как представления о предмете среди экспертов, так и реальные действия политиков[1]. Именно такой метафорой, описывающей международно-политические процессы в Центральной Азии на протяжении более чем двух последних столетий, стала «Большая игра».
«Большая игра»: метафора или реальность?
Подобно всей нашей жизни, международные отношения пронизаны эмоционально нагруженными метафорами, которые определяют как представления о предмете среди экспертов, так и реальные действия политиков[1]. Именно такой метафорой, описывающей международно-политические процессы в Центральной Азии на протяжении более чем двух последних столетий, стала «Большая игра».