В июне 1919 года Л. Н. Гуртьев был призван на службу в Красную Армию. С этого времени вся его профессиональная деятельность связана с военной службой. Сначала служил командиром взвода и командира роты 38-го пехотного запасного батальона в Коврове. С мая 1920 года сражался в составе 3-го Донского стрелкового полка 1-й Донской стрелковой дивизии командиром роты и командиром батальона. Сначала принимал участие в подавлении повстанческого движения и ликвидации бандитизма в районе Вёшенская — Миллерово, затем на Северном Кавказе, а также в ликвидации Улагаевского десанта. С ноября 1920 — командир батальона 279-го стрелкового полка 31-й стрелковой дивизии, участвовал в боевых действиях против банд у станиц Ольгинская и Хадыженская. В феврале 1921 года был уже командира этого полка, участвовал в советско-грузинской войне, в том числе во взятии Сухума. С мая 1921 — командир батальона 192-го стрелкового полка 22-й стрелковой дивизии Северо-Кавказского военного округа, воевал против банд в Баталпашинском отделе.
В июне 1919 года Л. Н. Гуртьев был призван на службу в Красную Армию. С этого времени вся его профессиональная деятельность связана с военной службой. Сначала служил командиром взвода и командира роты 38-го пехотного запасного батальона в Коврове. С мая 1920 года сражался в составе 3-го Донского стрелкового полка 1-й Донской стрелковой дивизии командиром роты и командиром батальона. Сначала принимал участие в подавлении повстанческого движения и ликвидации бандитизма в районе Вёшенская — Миллерово, затем на Северном Кавказе, а также в ликвидации Улагаевского десанта. С ноября 1920 — командир батальона 279-го стрелкового полка 31-й стрелковой дивизии, участвовал в боевых действиях против банд у станиц Ольгинская и Хадыженская. В феврале 1921 года был уже командира этого полка, участвовал в советско-грузинской войне, в том числе во взятии Сухума. С мая 1921 — командир батальона 192-го стрелкового полка 22-й стрелковой дивизии Северо-Кавказского военного округа, воевал против банд в Баталпашинском отделе.