«Это — чудовищная балка, похожая на корабельную мачту и снаб¬жённая крепким железным наконечником наподобие бараньей головы, от которой она и получила своё название; посередине она на толстых канатах подвешивается к другой поперечной балке, покоющейся обоими своими концами на крепких столбах. Потянутый многочисленными вои¬нами назад и брошенный соединенными силами вперёд, он своим железным концом потрясает стену. Нет той крепости, нет той стены, которая была бы настолько сильна, чтобы противостоять повторенным ударам «барана», если она и выдерживает первые его толчки… В то время, когда никто таким образом не мог осмелиться взойти на стену, одна часть солдат притащила сюда таран, который для защиты рабочих и машин был покрыт сплошной кровлей, сплетённой из ив и обтянутой сверху кожами. При первом же ударе стена задрожала и внутри города раз¬дался страшный вопль, точно он уже был покорён».
таран
«Это — чудовищная балка, похожая на корабельную мачту и снаб¬жённая крепким железным наконечником наподобие бараньей головы, от которой она и получила своё название; посередине она на толстых канатах подвешивается к другой поперечной балке, покоющейся обоими своими концами на крепких столбах. Потянутый многочисленными вои¬нами назад и брошенный соединенными силами вперёд, он своим железным концом потрясает стену. Нет той крепости, нет той стены, которая была бы настолько сильна, чтобы противостоять повторенным ударам «барана», если она и выдерживает первые его толчки… В то время, когда никто таким образом не мог осмелиться взойти на стену, одна часть солдат притащила сюда таран, который для защиты рабочих и машин был покрыт сплошной кровлей, сплетённой из ив и обтянутой сверху кожами. При первом же ударе стена задрожала и внутри города раз¬дался страшный вопль, точно он уже был покорён».