Гунны фактически воспроизвели в отношениях с Константинополем и Римом старый хуннский механизм внешнеполитического преуспевания. Сначала совершался набег, после чего поступало предложение о заключении мирного договора, который предполагал богатые «подарки» номадам. Помимо этого гунны периодически требовали выдать перебежчиков и открыть для торговли пограничные рынки. Известно, что Византия платила Аттиле до 700 фунтов золота в год. Но это было, вероятно, для Константинополя выгоднее, чем содержать большие гарнизоны на границе.
В восприятии гуннов представителями античной культуры можно усмотреть сходство с описанием хунну китайцами. Римский историк Аммиан Марцеллин описывает гуннов в самых уничижительных тонах, в виде чудовищных монстров: «Так как при самом рождении на свет младенца ему глубоко прорезают щеки острым оружием, чтобы задержать своевременное появление волос на зарубцевавшихся надрезах, то они доживают до старости без бороды, безобразные, похожие на скопцов. Члены тела у них мускулистые и крепкие, шеи толстые, они имеют чудовищный и страшный вид, так что их можно принять за двуногих зверей». «Нет у них разницы между домашним платьем и выходной одеждой; один раз надетая на тело туника грязного цвета снимается или заменяется другой не раньше, чем она расползется в лохмотья от долговременного гниения». На голове кочевника-гунна кривая шапка, на ногах сапоги из козьих шкур.
Схожей с хунну оказывается и военная тактика гуннов — нападение клином и внезапный уход от прямого контакта с одновременной стрельбой из лука с оборотом назад. Мобильность и отличное дистанционное вооружение наносило большой урон пешему противнику, который не обладал столь же высокой скоростью передвижения. В случае необходимости (когда уже был достигнут определенный перевес) гунны шли врукопашную и использовали свой длинный меч и арканы. При этом они никогда не покушались на штурм укрепленных военных лагерей и городских стен.
Объяснение:
В восприятии гуннов представителями античной культуры можно усмотреть сходство с описанием хунну китайцами. Римский историк Аммиан Марцеллин описывает гуннов в самых уничижительных тонах, в виде чудовищных монстров: «Так как при самом рождении на свет младенца ему глубоко прорезают щеки острым оружием, чтобы задержать своевременное появление волос на зарубцевавшихся надрезах, то они доживают до старости без бороды, безобразные, похожие на скопцов. Члены тела у них мускулистые и крепкие, шеи толстые, они имеют чудовищный и страшный вид, так что их можно принять за двуногих зверей». «Нет у них разницы между домашним платьем и выходной одеждой; один раз надетая на тело туника грязного цвета снимается или заменяется другой не раньше, чем она расползется в лохмотья от долговременного гниения». На голове кочевника-гунна кривая шапка, на ногах сапоги из козьих шкур.
Схожей с хунну оказывается и военная тактика гуннов — нападение клином и внезапный уход от прямого контакта с одновременной стрельбой из лука с оборотом назад. Мобильность и отличное дистанционное вооружение наносило большой урон пешему противнику, который не обладал столь же высокой скоростью передвижения. В случае необходимости (когда уже был достигнут определенный перевес) гунны шли врукопашную и использовали свой длинный меч и арканы. При этом они никогда не покушались на штурм укрепленных военных лагерей и городских стен.