Социальная лестница Московской Руси конца XV— XVI в.
На самой верхней ступеньке социальной лестницы вслед за великим князем располагались удельные (ближайшие родственники государя, теоретически обладавшие суверенными правами в своих уделах и возможностью занять при определенных обстоятельствах московский престол) и служилые князья. На протяжении конца XV—XVI в. постепенно распадается удельная система, наблюдается тенденция к окончательному подчинению удельных князей воле монарха. Князья Стародубские, Вельские, Глинские, Мстиславские и другие теряют самостоятельность и переходят на службу в московский великокняжеский двор. Старомосковское боярство, издавна служившее великим князьям, но не имевшее княжеских титулов, стояло на второй ступеньке. Для боярских родов Плещеевых, Сабуровых, Морозовых, Кутузовых и других была характерна корпоративная замкнутость, они стремились устанавливать родственные связи среди определенного круга семей. Богатство их зависело прежде всего от государя, от которого они получали чины и земельные пожалования. Отношения между знатными фамилиями строились по принципу местничества.
Социальная лестница Московской Руси конца XV— XVI в.
На самой верхней ступеньке социальной лестницы вслед за великим князем располагались удельные (ближайшие родственники государя, теоретически обладавшие суверенными правами в своих уделах и возможностью занять при определенных обстоятельствах московский престол) и служилые князья. На протяжении конца XV—XVI в. постепенно распадается удельная система, наблюдается тенденция к окончательному подчинению удельных князей воле монарха. Князья Стародубские, Вельские, Глинские, Мстиславские и другие теряют самостоятельность и переходят на службу в московский великокняжеский двор.
Старомосковское боярство, издавна служившее великим князьям, но не имевшее княжеских титулов, стояло на второй ступеньке.
Для боярских родов Плещеевых, Сабуровых, Морозовых, Кутузовых и других была характерна корпоративная замкнутость, они стремились устанавливать родственные связи среди определенного круга семей. Богатство их зависело прежде всего от государя, от которого они получали чины и земельные пожалования. Отношения между знатными фамилиями строились по принципу местничества.