В продолжение нескольких десятилетий политическую жизнь сотрясали дворцовые перевороты. Они меняли состав правящих лиц, отражались на политике, смущали простых людей тёмными слухами о незаконных правителях и отстранённых «богоданных» государях. Несомненно, перевороты наносили ущерб престижу власти, входили в противоречие с прежним, Божественным её восприятием.
Невероятно, но «эпоху дворцовых переворотов» в значительной степени приуготовил... сам Пётр I.
Во-первых, опасаясь за будущее своих преобразований, в 1722 г. он изменил порядок престолонаследия. Отныне государь назначал наследника по своему усмотрению. Формально это открывало дорогу к престолу всем членам императорской фамилии вне зависимости от старшинства и пола. Отмена обычая и отсутствие чётких правовых норм провоцировали ситуацию, когда на трон могли равно претендовать несколько кандидатов. При этом едва ли не каждый дворцовый переворот признавался легитимным, если в нём участвовал «законный» претендент на трон. Был большой соблазн «столкнуть» соперника и оказаться на престоле и у самих искателей короны, и у тех, кто стоял за ними.
Во-вторых, Пётр I выпестовал гвардию — непременную участницу и главную силу переворотов. Роль гвардии была решающей: кого она поддерживала, тот и побеждал в борьбе за власть. Противоборствующие дворцовые «партии» это хорошо понимали и всячески старались заручиться поддержкой гвардейцев.
Невероятно, но «эпоху дворцовых переворотов» в значительной степени приуготовил... сам Пётр I.
Во-первых, опасаясь за будущее своих преобразований, в 1722 г. он изменил порядок престолонаследия. Отныне государь назначал наследника по своему усмотрению. Формально это открывало дорогу к престолу всем членам императорской фамилии вне зависимости от старшинства и пола. Отмена обычая и отсутствие чётких правовых норм провоцировали ситуацию, когда на трон могли равно претендовать несколько кандидатов. При этом едва ли не каждый дворцовый переворот признавался легитимным, если в нём участвовал «законный» претендент на трон. Был большой соблазн «столкнуть» соперника и оказаться на престоле и у самих искателей короны, и у тех, кто стоял за ними.
Во-вторых, Пётр I выпестовал гвардию — непременную участницу и главную силу переворотов. Роль гвардии была решающей: кого она поддерживала, тот и побеждал в борьбе за власть. Противоборствующие дворцовые «партии» это хорошо понимали и всячески старались заручиться поддержкой гвардейцев.