Дворцовые перевороты выявили уязвимость российского самодержавия. Оказалось, что обладатель неограниченной абсолютной власти может быть низвергнут кучкой заговорщиков. Необходимое условие для этого — поддержка гвардии или хотя бы отдельных её формирований. Те, кому удалось избежать подобной участи и удержаться на троне, довольно быстро нашли рецепт сохранения своей власти. Он не отличался новизной.
С одной стороны, для запугивания реальных и возможных противников власть угрожала репрессиями. Жернова тайного сыска безжалостно перемалывали каждого, кто позволял себе хоть одно дурное слово в адрес монарха и его приближённых. Это была защитная реакция самодержцев, пытавшихся посредством устрашения избавить своих подданных от желания обсуждать монарха и его окружение.
С другой стороны, во дворце следовало с особым вниманием прислушиваться к требованиям «первенствующего сословия». Ведь поддержку дворянства можно было получить, только удовлетворяя его самые заветные желания. А потому каждый новый правитель, пришедший к власти в результате переворота, спешил одарить дворянство новыми льготами и привилегиями, причём в масштабах, превышающих деяния прежнего государя. Монархов не смущало, что подобные «уступки» оборачивались ужесточением крепостнического режима, превращением дворянства в сословие бездельников. Важно было заручиться поддержкой, привлечь дворянство на свою сторону. Тогда и гвардия, чутко прислушивавшаяся к настроениям своего сословия, проявляла лояльность.
В результате дворцовые перевороты немало поспособствовали тому, что сословная политика преемников Петра I становилась всё более продворянской.
С одной стороны, для запугивания реальных и возможных противников власть угрожала репрессиями. Жернова тайного сыска безжалостно перемалывали каждого, кто позволял себе хоть одно дурное слово в адрес монарха и его приближённых. Это была защитная реакция самодержцев, пытавшихся посредством устрашения избавить своих подданных от желания обсуждать монарха и его окружение.
С другой стороны, во дворце следовало с особым вниманием прислушиваться к требованиям «первенствующего сословия». Ведь поддержку дворянства можно было получить, только удовлетворяя его самые заветные желания. А потому каждый новый правитель, пришедший к власти в результате переворота, спешил одарить дворянство новыми льготами и привилегиями, причём в масштабах, превышающих деяния прежнего государя. Монархов не смущало, что подобные «уступки» оборачивались ужесточением крепостнического режима, превращением дворянства в сословие бездельников. Важно было заручиться поддержкой, привлечь дворянство на свою сторону. Тогда и гвардия, чутко прислушивавшаяся к настроениям своего сословия, проявляла лояльность.
В результате дворцовые перевороты немало поспособствовали тому, что сословная политика преемников Петра I становилась всё более продворянской.