Проблему «Истории одного города» можно сформулировать так: возможность существования единоличной неограниченной власти при полной покорности народа.
Сатира в романе Салтыкова-Щедрина направлена не только на представителей власти, но и на народ. В образе глуповцев писатель воплотил черты, которые веками накапливались в народе, живущем «под игом безумия». Тупой, бессмысленный страх и рабское поклонение начальству — вот что руководит их поступками. История глуповцев — история бесконечных бедствий, которая породила философию терпения. Когда терпение все же кончается, вспыхивают бунты. Каждый из них, по пушкинской формуле, «бунт бессмысленный и беспощадный»: толпа убивает первого, кто попадается на ее пути. Затем виновных наказывают, и жители снова смирные, продолжают свою жизнь в страхе и трепете.
Писатель убежден, что власть принесет наибольшую пользу, если не будет мешать естественному развитию народа. Мы понимаем это, когда при наиболее бездеятельных градоправителях жители Глупова начинают процветать. Постройка плотины Угрюм-Бурчеевым, которая заканчивается тем, что река возвращается к своему прежнему состоянию, становится символом бессмысленных усилий власти.
Салтыков-Щедрин утверждает, что глуповцы будут страдать от вседозволенности градоначальников, пока не обретут гражданское самосознание, не научатся отстаивать свои интересы. И в конце хроники, когда люди видят спящего Угрюм-Бурчеева — олицетворение высшей меры деспотизма, когда «ни на ком не тяготел его, исполненный бесстыжества, взор, делалось ясным, что это «громадное», это «всепокоряющее» не что иное, как идиотство, не нашедшее себе границ».
Сатира в романе Салтыкова-Щедрина направлена не только на представителей власти, но и на народ. В образе глуповцев писатель воплотил черты, которые веками накапливались в народе, живущем «под игом безумия». Тупой, бессмысленный страх и рабское поклонение начальству — вот что руководит их поступками. История глуповцев — история бесконечных бедствий, которая породила философию терпения. Когда терпение все же кончается, вспыхивают бунты. Каждый из них, по пушкинской формуле, «бунт бессмысленный и беспощадный»: толпа убивает первого, кто попадается на ее пути. Затем виновных наказывают, и жители снова смирные, продолжают свою жизнь в страхе и трепете.
Писатель убежден, что власть принесет наибольшую пользу, если не будет мешать естественному развитию народа. Мы понимаем это, когда при наиболее бездеятельных градоправителях жители Глупова начинают процветать. Постройка плотины Угрюм-Бурчеевым, которая заканчивается тем, что река возвращается к своему прежнему состоянию, становится символом бессмысленных усилий власти.
Салтыков-Щедрин утверждает, что глуповцы будут страдать от вседозволенности градоначальников, пока не обретут гражданское самосознание, не научатся отстаивать свои интересы. И в конце хроники, когда люди видят спящего Угрюм-Бурчеева — олицетворение высшей меры деспотизма, когда «ни на ком не тяготел его, исполненный бесстыжества, взор, делалось ясным, что это «громадное», это «всепокоряющее» не что иное, как идиотство, не нашедшее себе границ».