После войны 1812 года в армию затронуло размежевание русского дворянства. Русские офицеры, впитавшие в себя идеи французской революции, не хотели мириться с рабскими порядками крепостнической России. Но были и другие — защитники «века минувшего», живущие по принципам Фамусова и его общества. Яркий их представитель — полковник Скалозуб. Недалекий в умственном отношении («Он слова умного не выговорил сроду», — замечает Софья), он весьма успешен в продвижении по службе, причем ему абсолютно все равно, как «чины добыть». Он радуется тому, что «вакансии как раз открыты; То старших выключат иных, Другие, смотришь, перебиты». Скалозуб воспитывался в казарме, поэтому говорить он может только о погонах, выпушках, петличках, дистанции огромного размера, в шеренгу и т.д. На большее он не способен, так как совершенно необразован. Поэтому-то у него пожар Москвы «способствовал ей много к украшенью», волненье Софьи, по его мнению, объясняется «уж не старик ли наш дал маху?», падение Молчалина с лошади вызывает у него желание посмотреть, «как треснулся он — грудью или в бок?». Скалозуб — защитник крепостнических порядков, враг всего передового, в первую очередь — просвещения. Он спешит обрадовать фамусовское общество вестью о том, что скоро будут закрыты все учебные заведения, а в тех, что останутся, «будут учить по-нашему: раз, два, А книги сохранят так: для больших оказий». Это желание недалёкого Скалозуба: уничтожить просвещение и «умников», которые будят общество своими идеями, подобно его двоюродному брату, понять поступки которого он не может: «Чин следовал ему: он службу вдруг оставил, В деревне книги стал читать...» У Скалозуба есть меры против таких «умников»: «Я князь- Григорию и вам Фельдфебеля в Вольтеры дам, Он в три шеренги вас построит, А пикнете, так мигом успокоит».
