В чем различие трех переводов «Ленора», сделанных Жуковским? Почему именно Светлана оказывается Почему финал «Светлана» неординарен для поэзии романтизма?
«Ленора» — знаменитая баллада немецкого поэта Готфрида Бюргера. Жуковский переводил ее трижды, раз за разом возвращаясь к ее сюжету. Первый перевод немецкой легенды он сделал в 1808 году, назвав эту балладу «Людмила». Второй перевод «Леноры» — баллада «Светлана» — сделан в 1812 году. Текст мало связан с оригиналом в первую очередь своим настроением. Третий, наиболее близкий к оригиналу, перевод появился в 1831 г. На этот раз Жуковский сохранил авторское название — «Ленора».
Поэт понял самую главную суть такого произведения - смирение и бунт против небес и судьбы должен был выбрать герой, и в зависимости от выбора своего он получал награду и наказание. Только Жуковский с его стремлением к гармоничному человеку мог понять, насколько актуально это для русского человека.
В этих переводах героиней является девушка — Ленора, Людмила, Светлана. Однако если судьба первых двух одинакова, то жизнь и образ Светланы совершенно другой. Развязка «Леноры» и «Людмилы» трагична: баллада заканчивается гибелью героини. Девушка жестоко осуждена, потому что предалась страсти, желанию быть во что бы то ни стало с женихом, любимым, даже и мертвым. Поэт стремится доказать, как неразумен и опасен для человека ропот против Бога, против его воли. «Гроб, откройся; полно жить: Дважды сердцу не любить!» — восклицает обезумевшая от горя Людмила и гибнет, проделав (во сне ли, наяву ли?) путь на кладбище, где упокоился ее погибший возлюбленный. И вот уже «каменеет, меркнут очи, кровь хладеет, пала мертвая на прах»: так неразумно, по мнению автора, героиня распоряжается своей жизнью. Завершает балладу «Людмила» поэт поучительным выводом о необходимости быть покорным Творцу:
Смертных ропот безрассуден;
Царь Всевышний правосуден;
Твой услышал стон творец;
Час твой бил, настал конец.
Баллада «Светлана» по сюжету близка «Людмиле»: действие в ней тоже перенесено в Россию, используются исторические реалии, детали повседневного русского быта. Но между этими произведениями глубокие отличия. Здесь все начинается по-иному. Другим стало и взаимодействие с силами тьмы - девушки гадают, заглядывая за грани бытия, и тоже должны быть наказаны за такое любопытство. И зеркало, и свеча, готовы их переправить из одного измерения в другое, а когда человек снимает крест, то перед духами ада он оказывается особенно неуязвим:
Темно в зеркале; кругом
Мертвое молчание
Свечка трепетным огнем
Чуть лиет сияние.
Но страх у героини смешан с любопытством. Поэт знает, что не стоит пытать судьбу, она этого не любит и обязательно отомстит любопытным. И они уносятся в метель, рядом вьется черный ворон, все здесь говорит об ином мире. В избушке она видит гроб, но после молитвы пробуждается. И мы понимаем, что все кошмары ей только снились. Она пытается понять, что может значить этот сон, но у нее остается время для того, чтобы все исправить. Судьба благосклонна к тому, кто на нее не ропщет, - уверяет нас поэт. Злые чары разрушены, все дурное и страшное оборачивается только сном, а добро и вера побеждают. Ночь превращается в день, тревожное ожидание — в радость, страшный сон — в счастливую встречу с женихом. Душа Светланы чиста, а поэтому победа на злой судьбой становится победой любви над смертью. Необычный финал для романтической баллады, который обычно заканчивается печально.
Поэт понял самую главную суть такого произведения - смирение и бунт против небес и судьбы должен был выбрать герой, и в зависимости от выбора своего он получал награду и наказание. Только Жуковский с его стремлением к гармоничному человеку мог понять, насколько актуально это для русского человека.
В этих переводах героиней является девушка — Ленора, Людмила, Светлана. Однако если судьба первых двух одинакова, то жизнь и образ Светланы совершенно другой. Развязка «Леноры» и «Людмилы» трагична: баллада заканчивается гибелью героини. Девушка жестоко осуждена, потому что предалась страсти, желанию быть во что бы то ни стало с женихом, любимым, даже и мертвым. Поэт стремится доказать, как неразумен и опасен для человека ропот против Бога, против его воли. «Гроб, откройся; полно жить: Дважды сердцу не любить!» — восклицает обезумевшая от горя Людмила и гибнет, проделав (во сне ли, наяву ли?) путь на кладбище, где упокоился ее погибший возлюбленный. И вот уже «каменеет, меркнут очи, кровь хладеет, пала мертвая на прах»: так неразумно, по мнению автора, героиня распоряжается своей жизнью. Завершает балладу «Людмила» поэт поучительным выводом о необходимости быть покорным Творцу:
Смертных ропот безрассуден;
Царь Всевышний правосуден;
Твой услышал стон творец;
Час твой бил, настал конец.
Баллада «Светлана» по сюжету близка «Людмиле»: действие в ней тоже перенесено в Россию, используются исторические реалии, детали повседневного русского быта. Но между этими произведениями глубокие отличия. Здесь все начинается по-иному. Другим стало и взаимодействие с силами тьмы - девушки гадают, заглядывая за грани бытия, и тоже должны быть наказаны за такое любопытство. И зеркало, и свеча, готовы их переправить из одного измерения в другое, а когда человек снимает крест, то перед духами ада он оказывается особенно неуязвим:
Темно в зеркале; кругом
Мертвое молчание
Свечка трепетным огнем
Чуть лиет сияние.
Но страх у героини смешан с любопытством. Поэт знает, что не стоит пытать судьбу, она этого не любит и обязательно отомстит любопытным. И они уносятся в метель, рядом вьется черный ворон, все здесь говорит об ином мире. В избушке она видит гроб, но после молитвы пробуждается. И мы понимаем, что все кошмары ей только снились. Она пытается понять, что может значить этот сон, но у нее остается время для того, чтобы все исправить. Судьба благосклонна к тому, кто на нее не ропщет, - уверяет нас поэт. Злые чары разрушены, все дурное и страшное оборачивается только сном, а добро и вера побеждают. Ночь превращается в день, тревожное ожидание — в радость, страшный сон — в счастливую встречу с женихом. Душа Светланы чиста, а поэтому победа на злой судьбой становится победой любви над смертью. Необычный финал для романтической баллады, который обычно заканчивается печально.