«Это была небольшая, почти игрушечная телега, в которой как-то странно, — странно почти до болезненного ощущения от этого зрелища, — помещался человек. Голова его была большая, лицо бледно, с подвижными, острыми чертами и большими, проницательными бегающими глазами. Туловище было совсем маленькое, плечи узкие, груди и живота не было видно из-под широкой, с сильной проседью бороды, а руки я напрасно разыскивал испуганными глазами, которые, вероятно, были открыты так же широко, как и у моего брата. Ноги странного существа, длинные и тонкие, как будто не умещались в тележке и стояли на земле, точно длинные лапки паука. Казалось, они принадлежали одинаково этому человеку, как и тележке, и все вместе каким-то беспокойным, раздражающим пятном рисовалось под ярким солнцем, точно в самом деле какое-то паукообразное чудовище, готовое внезапно кинуться на окружившую его толпу.»
У Яна Залуского и его родственника была целая концертная программа. Калека показывал самого себя, демонс трируя отсутствие рук, затем он показывал свои умения: он обслуживал себя сам – одевался и раздевался. Толпа в немом изумлении смотрела на все это(только лакей Павел гоготал), после каждого своего умения Феномен требовал долгоусого обходить толпу, собирая монетки. Если вначале его одаривала только более богатые участники сцены(например пан Уляницкий подавал монеты, потому что почему-то боялся предсказаний Феномена), то после того, как Залуский перекрестился ногой за деньгами полезли пораженная прислуга и дворня.
После того, как он написал афоризм для мальчика, богатую лепту подала благодарная ему мать мальчиков.
Деньги полученные от уважаемого доктора он пообещал отдать нищим.
Залуский внимательно смотрел как и кто, сколько жертвует подношений, всегда кланялся или поглядывал на тех, кто этого не делал.
«Это была небольшая, почти игрушечная телега, в которой как-то странно, — странно почти до болезненного ощущения от этого зрелища, — помещался человек. Голова его была большая, лицо бледно, с подвижными, острыми чертами и большими, проницательными бегающими глазами. Туловище было совсем маленькое, плечи узкие, груди и живота не было видно из-под широкой, с сильной проседью бороды, а руки я напрасно разыскивал испуганными глазами, которые, вероятно, были открыты так же широко, как и у моего брата. Ноги странного существа, длинные и тонкие, как будто не умещались в тележке и стояли на земле, точно длинные лапки паука. Казалось, они принадлежали одинаково этому человеку, как и тележке, и все вместе каким-то беспокойным, раздражающим пятном рисовалось под ярким солнцем, точно в самом деле какое-то паукообразное чудовище, готовое внезапно кинуться на окружившую его толпу.»
У Яна Залуского и его родственника была целая концертная программа. Калека показывал самого себя, демонс трируя отсутствие рук, затем он показывал свои умения: он обслуживал себя сам – одевался и раздевался. Толпа в немом изумлении смотрела на все это(только лакей Павел гоготал), после каждого своего умения Феномен требовал долгоусого обходить толпу, собирая монетки. Если вначале его одаривала только более богатые участники сцены(например пан Уляницкий подавал монеты, потому что почему-то боялся предсказаний Феномена), то после того, как Залуский перекрестился ногой за деньгами полезли пораженная прислуга и дворня.
После того, как он написал афоризм для мальчика, богатую лепту подала благодарная ему мать мальчиков.
Деньги полученные от уважаемого доктора он пообещал отдать нищим.
Залуский внимательно смотрел как и кто, сколько жертвует подношений, всегда кланялся или поглядывал на тех, кто этого не делал.