Б.Л. Пастернак и М.И. Цветаева отмечали особенности таланта С.А. Есенина.
Б.Л. Пастернак писал: «Со времени Кольцова земля Русская не производила ничего более коренного, естественного, уместного и родового, чем Сергей Есенин... Вместе с тем, Есенин был живым, бьющимся комком той артистичности, которую вслед за Пушкиным мы зовём высшим моцартовским началом, моцартовской стихией».
М.И. Цветаева писала:
И не жалость — мало жил, И не горечь — мало дал, — Много жил — кто в наши жил Дни, всё дал — кто песню дал.
Б.Л. Пастернак писал: «Со времени Кольцова земля Русская не производила ничего более коренного, естественного, уместного и родового, чем Сергей Есенин... Вместе с тем, Есенин был живым, бьющимся комком той артистичности, которую вслед за Пушкиным мы зовём высшим моцартовским началом, моцартовской стихией».
М.И. Цветаева писала:
И не жалость — мало жил, И не горечь — мало дал, — Много жил — кто в наши жил Дни, всё дал — кто песню дал.