потому, что тогда Марья Ивановна была в опасности, её нужно было спасать. Это был долг Гринёва. Кроме того, там, во вражеском стане, он встретил понимание, Пугачёв добродушно расспрашивал Гринёва о его личных делах, сочувствовал его любви.
Теперь Маша была вне опасности. Встал вопрос о его личной судьбе. Защищать себя именем любимой девушки, делать это имя предметом обсуждения на следственной комиссии, «впутать между гнусными изветами злодеев» Гринёв не мог.
Теперь Маша была вне опасности. Встал вопрос о его личной судьбе. Защищать себя именем любимой девушки, делать это имя предметом обсуждения на следственной комиссии, «впутать между гнусными изветами злодеев» Гринёв не мог.