«...в столовой сегодня поутру двое каких-то коротеньких человека ели семгу и еще много кой-чего»). Завистливое внимание голодного Хлестакова к содержимому чужих тарелок принято Бобчинским и Добчинским за прозорливую наблюдательность дотошного ревизорского взгляда. Именно этого беспечного, глупого, тщеславного трусливого петербургского шалопая приняли за «государственного человека», и теперь к нему направляется очень встревоженный городничий со своей хитро сплетенной сетью для «уловления ревизора
