Мандельштам в начале сонета делится с читателем своим умением получать удовольствие от «жизни небогатой». Но все-таки чувствуется вся тяжесть жизни, усиливается ее безысходность. В ней ничего не остается, его душа «как полотно... висит над бездною...» Опять перед нами символичная бездна. Здесь она мгла, тупик жизни. Вдруг настроение лирического героя меняется, и появляется новый образ — образ казино: «...я люблю на дюнах казино».
Вместо бездны появляется новый символ, которым являются дюны. Это почва, несмотря на то, что сыпучая и не очень твердая, но все же почва. А на этой почве — казино, несущее лирическому герою надежду, радость, возможность забыть серые будни и неудачи.
В сонете Мандельштам говорит о простых, знакомых всем предметах, но говорит о них так, что с первых строк возникает неотступное чувство трагичности жизни, ее скорого конца, бездны. Но появившийся луч надежды и света — казино, дает право лирическому герою, а с ним и читателю, верить в будущее и в то, что жить все-таки стоит
Вместо бездны появляется новый символ, которым являются дюны. Это почва, несмотря на то, что сыпучая и не очень твердая, но все же почва. А на этой почве — казино, несущее лирическому герою надежду, радость, возможность забыть серые будни и неудачи.
В сонете Мандельштам говорит о простых, знакомых всем предметах, но говорит о них так, что с первых строк возникает неотступное чувство трагичности жизни, ее скорого конца, бездны. Но появившийся луч надежды и света — казино, дает право лирическому герою, а с ним и читателю, верить в будущее и в то, что жить все-таки стоит