Свидригайлов выступает в романе Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» в качестве двойника Раскольникова. Он воплощает одну из возможностей практического осуществления идеи героя — нравственный цинизм. Нравственный циник Свидригайлов, живущий по принципу «все дозволено», презирающий любые представления о добре и зле, становится двойником идейного циника Раскольникова. Недаром во время первого свидания с Раскольниковым Свидригайлов говорит, что они — «одного поля ягоды». А в последнюю встречу накануне самоубийства он вновь выскажет эту мысль, назвав Раскольникова «порядочным циником». В интерпретации Свидригайлова теория Раскольникова лишена романтической философской основы и выглядит пошлой и эгоистичной.
