Ворона и в самом деле выглядит как на картине (это помогают заметить слова Миши о рамке из павлиньих хвостов); по всей видимости, она и чувствует себя героиней картины, не задумываясь над своим реальным положением. Можно обратить внимание на то, что художник выбрал один из самых напряжённых моментов басни (её кульминацию): павлины ещё не знают, как реагировать на уверенную в своей неотразимости Ворону, но в их позах уже чувствуется очевидная недоброжелательность. Здесь уместно вспомнить мысль Кости Погодина о «пороге», «переломном моменте» произведения. Это наблюдение верно и для «Волка и Журавля». Художник позволяет почувствовать всё напряжение момента, когда возможно любое, даже самое неблагоприятное, развитие событий
