На мой взгляд, власть крестоносцев была бы более опасна для Руси. К такому же выводу пришел и князь Александр Невский, заключив союз с Ордой. Мы знаем, насколько разрушительны были набеги монголо-татарской орды на Русь. Мы знаем жестокость монголов и понимаем, что зависимость Руси от Орды была унизительной. Но мы также понимаем, что власть Орды оставляла русским князьям большую независимость, давала определенную военную защиту от внутренних и внешних врагов, оставляла традиционное на Руси вероисповедание. В 1261 году в Сарае усилиями Александра Невского и монгольских ханов Берке и Мэнгу-Тимура было открыто подворье православного епископа. Он не подвергался никаким гонениям. Считалось, что епископ Сарский является представителем интересов Руси и всех русских людей при дворе великого хана. Если на Руси начиналась княжеская усобица, хан присылал сарского епископа с татарским беком (обязательно христианином), и они решали спорные вопросы на княжеских съездах. Если кто-то не считался с принятым решением и пытался продолжать удельную войну, его принуждали к миру с помощью татарской конницы. Действительно, политических поводов для продолжения войны между русскими и монголами не было никаких. Но, что еще важнее, уже исчезли, по-видимому, и эмоциональные мотивы противоборства. Так, русские называли Батыя «добрым ханом». И монголы смотрели на войну с Русью вполне трезво, несмотря на то, что под Коломной погиб Кюлькан – любимый сын Чингиса от красавицы Хулан. Ведь в отношении к любой смерти на войне монголы руководствовались принципом: «За удаль в бою не судят».
