Он снова оживился и, подбежав к отверстию колодца, вполголоса позвал: — Жучка, Жучка! Тема замер в ожидании ответа. Сперва он ничего, кроме биения своего сердца да ударов молотков в голове, не слышал. Но вот откуда-то издалека, снизу, донёсся до него жалобный, протяжный стон. От этого стона сердце Темы мучительно сжалось, и у него каким-то воплем вырвался новый, громкий оклик. — Жучка, Жучка! На этот раз Жучка, узнав голос хозяина, радостно и жалобно завизжала. Тему до слёз тронуло, что Жучка его узнала. — Милая Жучка! Милая, милая, я сейчас тебя вытащу, — кричал он ей, точно она понимала его. Жучка ответила новым радостным визгом, и Теме казалось, что она просила его поторопиться с исполнением обещания.
— Сейчас, Жучка, сейчас, — ответил ей Тема и принялся, с сознанием всей ответственности принятого на себя обязательства перед Жучкой, выполнять свой сон.
Он снова оживился и, подбежав к отверстию колодца, вполголоса позвал:
— Жучка, Жучка!
Тема замер в ожидании ответа.
Сперва он ничего, кроме биения своего сердца да ударов молотков в голове, не слышал. Но вот откуда-то издалека, снизу, донёсся до него жалобный, протяжный стон. От этого стона сердце Темы мучительно сжалось, и у него каким-то воплем вырвался новый, громкий оклик.
— Жучка, Жучка!
На этот раз Жучка, узнав голос хозяина, радостно и жалобно завизжала. Тему до слёз тронуло, что Жучка его узнала.
— Милая Жучка! Милая, милая, я сейчас тебя вытащу, — кричал он ей, точно она понимала его.
Жучка ответила новым радостным визгом, и Теме казалось, что она просила его поторопиться с исполнением обещания.
— Сейчас, Жучка, сейчас, — ответил ей Тема и принялся, с сознанием всей ответственности принятого на себя обязательства перед Жучкой, выполнять свой сон.