Он споткнулся, поднимаясь по деревянным ступенькам. Антония, старая мексиканка, которая готовила еду и подметала свой дом, позвала его на ужин, когда он проходил по комнатам. Сухая долина продолжала, как будто он не слышал, споткнулась о передние ступени, вышла из ворот и пошла по дороге в лес на краю деревни. Он сел в траве и задумался. То, что случилось с человеком: он должен был прийти окутанным бабьим летом души. У Сухой Долины была змея, не юность. Его жизнь в молодости была потрачена впустую. Божественные огни и порывы, славные возвышения и отчаяние, сияние и очарование молодежи над его головой. Из глаз Панчиты О'Брайен змея затопила осенний пейзаж летней жарой.
Он споткнулся, поднимаясь по деревянным ступенькам. Антония, старая мексиканка, которая готовила еду и подметала свой дом, позвала его на ужин, когда он проходил по комнатам. Сухая долина продолжала, как будто он не слышал, споткнулась о передние ступени, вышла из ворот и пошла по дороге в лес на краю деревни. Он сел в траве и задумался. То, что случилось с человеком: он должен был прийти окутанным бабьим летом души. У Сухой Долины была змея, не юность. Его жизнь в молодости была потрачена впустую. Божественные огни и порывы, славные возвышения и отчаяние, сияние и очарование молодежи над его головой. Из глаз Панчиты О'Брайен змея затопила осенний пейзаж летней жарой.